serebryakovaa: (Рассказ)
[personal profile] serebryakovaa
Обычный вторник. Серый, несолнечный, дождливый.

С самого утра Шеф радостно зажурчал в трубку, что надо бы метнуться и обзвонить все ДРСУ, выслушал, что я уже минут сорок звоню, посопел и выдал, что вечером прибывает Птичкин.

-Поздравляю, - сказала я, - Разрешите продолжать?
-Jawohl, - разрешил Шеф и положил трубку.

Птичкин! Прибывает. Почему не прилетает?

Обычно он прилетал, врывался, засыпал всех цветами и подарками. Хохмил, улыбался, подмигивал… Всегда в шикарном костюме, под руку с очередной красоткой на шпильках. Он учился с нами на одном курсе, со мной и с Шефом, ну, тогда, 10 лет назад, когда Шеф для всех был просто Сеней.



Птичкину прочили блестящую карьеру, но после защиты, он вдруг запил и резко стал скатываться на дно. Подружки куда-то испарились, потом стали испаряться друзья. Помню, он занимал у меня деньги, отводя глаза, и нам обоим было ясно, что он не вернет долг… Потом приехали родители и силой увезли его домой.

Еще, значит, летает… И каким его ветром?

День прошел в обычной суете. Секретарша откланялась и вручила мне ключ от офиса.
-На оба замка! Ладно?
-Не переживайте! Я еще часок посижу…

Едва она удалилась, на ее столе зазвенел телефон. Звонил шеф из своего кабинета. Я была уверена, что он сидит и постукивает карандашиком по столу, ожидая, что секретарь снимет трубку. Я могла бы биться об заклад, что сейчас он воскликнет: «Да что такое?».

-Да что такое? – глухо раздалось через тонкую стену офиса.

И тут же зазвонил аппарат на моем столе.

-Марин, где наша Елена?
-В пробке на Ленинградке.
-Где? – изумился шеф, - А который час?

Тут я должна была назвать время. Хотя знала, что он уставился на огромные часы прямо перед ним на стене.

-Марина, уже половина седьмого! – сурово сообщил Шеф, - Ну, че ты мне не сказала?
-Что именно?
-Что день рабочий кончается, - печально вздохнул наш Работоголик, - Лена ушла, а мне нужны были кое-какие докУменты! Блин! Мань, - нежно добавил он, мгновенно превращаясь из Шефа в Сеню, - Мань, давай, покурим!

Я полезла за сигаретами в ящик стола и тут же вспомнила, что бросила курить.

Мы встретились в общем предбаннике офиса и двинули на боковую лестницу.

-Дозвонилась до Федоткина? – спросил Шеф.
-Угу, - кивнула я, протягивая зажигалку, - Он еще думает…
-Ну, пусть дозревает! – усмехнулся Шеф, - Мы пождем.

Мы оба уставились в мутное стекло.

-Сплошная серость, - покачал головой Шеф, - И это называется «лето».

-Ладно, господин начальник, - шутливо раскланялась я, - Поеду я домой.
-Никаких «домой»! – рявкнул Сеня, - А Птичкин?
-А что Птичкин?
-Мань, ну, поддержи компанию! – взмолился Сеня, - Ну, посидим, пообщаемся.
-Слушай, мне тошно его видеть. Меня он бесит…
-Надо же, какие эмоции! – восхитился Сеня, - А что, есть что вспомнить?
-Да! – кивнула я, - Еще бы! – и едва не ляпнула, помнил ли он сам, что его жена встречалась с Птичкиным на первом курсе.

-Он разбил твое сердце? – вкрадчиво поинтересовался Сеня.
-Он занял у меня кучу денег в 92 и оставил записку с адресом, где мне их отдадут.
-Ну, молодец же! Отдать хотел.
-Конечно, хотел! Только адрес неверно написал. Всего лишь номер дома перепутал. Пьяная морда!
-Да он сейчас уже и не пьет. Он же завязал, работает, женился…
-Ладно, Шеф, проехали.
-Чё, кидаешь меня на камни? – дурашливо толкнул меня плечом Сеня, и мы рассмеялись, как могли рассмеяться когда-то давно, лет 10 назад.


Тут он и появился. Маленький, сухонький, суетливый. В великолепном костюме и при галстуке, но без красотки на шпильках.
Я про себя отметила, что костюм ему велик на два размера, что не увеличивает его злосчастных метр шестьдесят, а напротив укорачивает, превращая в школяра в обносках с чужого плеча…

В руках Птичкин сжимал портфель, напоминающий аллигатора с ручками. Птичкин пожал Сене руку, и скрылся в своем портфеле по пояс.

-Детям морожено, бабе - цветы! – сказал он, протягивая Сене баклашку с пивом, а мне - странный булькающий продолговатый пакет.

-А что ты хочешь, я же три часа на солнце…

И действительно, хмурость с неба куда-то делась, выглянуло солнышко, и мы уже сидели втроем вокруг офисного Сениного стола и пили пиво, потому как Сеня запер офис изнутри и не дал мне уйти домой.

Я вдруг подумала, что шеф оставил меня, точно боялся наедине с Птичкиным остаться. Два обормота! Или даже три, точно, три обормота!

Три обормота сидели в офисе и пили пиво, рассуждая о гороскопах, а точнее о дивных качествах представителей знака Водолей. Сеня был Водолей, потому и заговорили.

Мы с Птичкиным принялись распекать Водолеев на все лады и изрядно в этом преуспели, впрочем, тут же выяснилось, что Сене тема эта нравится, и он охотно смеялся, где было смешно, и задумывался в том месте, где в паузе провисало томно многоточие.

-Да и в сексе, - жеманно сообщил Птичкин, - Водолеи уступают Львам.
-Стало быть, ты у нас – Лев, - догадалась я.
-Детка, знать бы тебе… - напыжился Птичкин, - Да еще и в экзальтации.

-Пусть это будет аксиома, не доказывай! – взмолилась я.

Но Птичкин уже не слушал. Он заявил, что ему нужно где-то провести время до того славного часа, когда поезд вырвет его из Московских объятий. Сеня-Водолей наивно поинтересовался: «Что ты думаешь делать?» – «Едем к тебе, естественно» - нахально ответил Лев-Птичкин.

-Мои все в отпуске, жрать нечего, - предупредил Сеня.
-Не беда, - фыркнула я, - я бы приготовила ужин в два счета.
-Из чего? – спросили они хором.
-Да из чего хотите, если есть деньги.

(Денег, к слову сказать, у меня было ровно 30 рублей в тот момент, и мой предстоящий ужин был на совести Бога.)

Птичкин заорал, что он был бы раз донельзя, если бы я бы поехала с ними бы.
Вот прямо так и сказал, через четыре «бы». Бы. Грибы.

-Едем, срочно! – поддержал Сеня, - На рынок еще успеваем!

Я спросила: «Уверен?» - он кивнул, и мы поехали.

Птичкин всю дорогу грузил меня какими-то байками, мороженое из пакета предательски капало мне на ботинки и хотелось убежать, вырваться, вернуться в свой ритм. Но сил на это не находилось. Проще было ехать и что-то там слушать нелепое, и не спорить, молчать, вглядываясь в его постаревшее, словно высохшая слива, лицо. Надо же, всего 33. Как же по-разному мы стареем. Я посмотрела на Сеню. Он сидел такой же измождено-подавленный и молчал…

…Мы блуждали по рынку целую неделю. Возможно, так казалось из-за пива, которое хотело меня покинуть, как можно быстрее. Но Сеня непреклонно выбирал и покупал… Котлеты, корейские соленые салаты, пряности, маринады, овощи, чеснок. Пиво торопилось на выход, и я дурашливо просилась в отдел памперсов.

Все-таки мы попали в квартиру, и через 10 минут котлеты жарились, картошка закипала.

Птичкин всплеснул крылышками и воскликнул: «Ну, кто бы мог мне сказать, что она жарит-парит! Да я бы женился! Ну, честное благородное слово! Она же была статуя, Сень, ну, колхоз же вспомни! Девки в озере купались…» - он осекся на полуслове.


Все, что Птичкин не договорил, он выдохнул, и слова, неизреченные, громоздко повисли в дыму прокуренной комнаты…

-Марина, а почему ты… – ущипнул он меня за руку, - Именно ты никогда в меня не была влюблена?

Птичкин добавил, что готов представить меня в двух сотнях различных ракурсов и положениях, но не на кухне в передничке.

Тут уже смеялись мы все.

-Хорошо, что мои в отпуске, - покраснел Сеня, - вот бы они тут про ракурсы послушали…
-Подумаешь, - подбоченился Птичкин, - А че я вам, скажешь, чужой? Да я почти молочный брат! Мы с твоей Светкой, знаешь, как зажигали!
-Слышь, Брат-два, успокойся уже! – попыталась я его перебить.
-А что же ты не женился на Светке? – ехидно спросил Сеня, - Брат!

-А потому что бабы! – махнул рукой Птичкин. – Ты ей говоришь, что хотел бы сына. И всё! Она уже сделала выводы: любовь до гроба – дураки оба. А ты имел в виду, что хочешь сына вообще. От каждой. И твоя задача – рассыпать свое семя, как можно гуще вокруг… - Птичкин раскинул руки, пытаясь заключить в объятия комнату.

-Ну, здесь, я согласен, - поддержал Сеня.
-Офигеть! – взорвалась я, - Что я делаю на этом семинаре сеятелей?

-А ты не молчи! – ударил меня в плечо Птичкин, - Раз пошла такая пьянка, режь всю правду! В моей койке были все, ВСЕ… - Птичкин махнул рукой, сшибая бутылку «Столичной».

-Полегче граблями маши, - подхватила бутылку я, - Иногда лучше жевать, чем говорить!

-А ты говорил, что он не пьет, - потихоньку шепнула я Сене. – Глянь, что с ним от пива стало.
-Ну, Марина-а-а-а, ну, скажи! – капризничал Птичкин, - Почему ты меня не любила?
-Видал? – обернулась я к Сене, - Что и требовалось доказать!

Птичкин уставился на Сеню, потом на меня, потом было засмеялся, но схватил самого себя обеими ладонями за рот.

-Так я Вам помешал? Ага! – сообщил он громким шепотом, - Жена за дверь, а муж - налево! А ведь она, - Птичкин ткнул пальцем в грудь Сене, - Она любила НЕ ТЕБЯ, она меня любила! Меня!!!

-Разрешите вам представить! – задушевно прокомментировала я, - «Свидетели Иеговы» - они же бобры!
-Какие бобры? – ужаснулся Сеня.
-Которые «уже в курсе», - пояснила я.

-Маринка, тварь! Так ты любила Сеньку! – «догадался» вдруг Птичкин.
-О-о-о-о! Вторая фигура Марлезонского балета! Да! – звонко согласилась я, - Я любила Сеньку!

-Может, его в душ? – предложил Сеня, - Авось, отпустит. У него же поезд…
-Если бы не этот блядский поезд, - заорал Птичкин. – Взял бы я тебя Маррррина, да унес бы в тихое местечко……

Взял бы. Глянуть бы на это. Рядом с миниатюрным Птичкиным, я самой себе казалась великаншей.

-А мы же ее сма… - Птичкин громко икнул, - сманива – ли! Хотели твою ООО кинуть! – Он засмеялся своему признанию.

Сеня молча схватил его подмышки и поволок в сторону санузла.

- А эта выдра, - тыкал в меня пальцем Птичкин, - Ну, не в какую же! «Мы же друзья!» - тоси-поси-хрен на тросе! Друзья! А ты ее значит опри-хо-ды-вал……….

Пока Сеня заталкивал Птичкина в ванную комнату, я вышла на балкон и закурила.

Надо же было такое придумать! «Ты любила Сеню».
Сеня был частью моей студенческой жизни. Сеня был сосед, он жил со Светкой в комнате напротив. Хотя нет, не так! Сперва они доказывали «теорему Пифагора» - никак не могли поделить Светку, а потом Птичкин улетел на стажировку, а Светка осталась с Сеней. Мы часто одалживали спички-соль-хлеб, трешку до стипухи… У них почти сразу же родился сын, Сеня бросился искать работу, забил на сессию, Светка доучивалась.

А я любила одного плохого парня, до одури, до самозабвения. Срывалась за ним, ночь-полночь, а он меня гнал, да еще и смеялся. Помню, рыдала на общей кухне в три часа ночи. Пришел Сеня с огромной кастрюлей бутылочки прокипятить для малыша… «Чего рыдаем?» – «Не ругай меня, просто пожалей!» - попросила я. Он меня обнял, долго гладил по затылку, потом подхватил на руки и унес за плиты, был там такой закуток с кафельным столом… Расходились молча, как шпионы. Никогда об этом ни говорили, ни вспоминали…

Как я могла это забыть? На собеседование к нему ехала и не вспомнила. Три года проработали в одном офисе, и не шевельнулось даже в памяти…

-Мань, ты же бросила? – окликнул меня на балконе Сеня.

После душа Птичкин успокоился и остекленел на диване. Он что-то еще говорил, но вяло и не в такт.

-Доволен? – спросила я Сеню.
-Ну, кто же знал, - пожал он плечами.
-А кто не знал? – пожала плечами я, - По-моему, после диплома вот это - его единственно-возможное агрегатное состояние.
-Ладно, пусть отсыпается…
-А поезд?
-Да туда каждый час идут поезда… Через пару часов вызовем ему такси.
-Давай ужинать! – предложила я примирительно, - Я же старалась!
-Ты – умница, - похвалил Сеня, - вот бы эти котлеты туда, на 10 лет назад… Помнишь, «Диету» с пустыми полками?

От горячего ужина стало так хорошо и спокойно. И я щедро позволила себе не думать ближайшие полчаса о том, как я буду добираться домой.

Мы просто разговаривали. Но не как люди со всей нашей историей за спиной, не как шеф и подчиненный, и не как коллеги, что работают смиренно, ненавидя друг друга, со всем этим прошлым, опять же за спиной. Мы разговаривали даже не как мужчина со своей бывшей женщиной, и не как женщина со своим неудачным любовником. Нет. Мы просто так разговаривали, как товарищи, как хорошие знакомые, неблизкие настолько, чтобы причинять друг другу боль, равнодушные друг к другу в меру того, что называется «хороший знакомый», неотягощенные ни злом, ни прошлым счастьем.

Мы просто разговаривали, как случайные попутчики, сиюминутно интересные друг другу.

Под шумок Птичкин снова уполз в ванную. Мы даже не сразу заметили это…
Пытались уговорами и напоминаниями о поезде выковырять Птичкина из ванной, как гигантскую пьяную устрицу. Но он не отзывался.

Мы направились в кухню и за разговорами перемыли всю посуду, убрали следы застолья…

-Время, - сказал Сеня и пошел вскрывать ванную снаружи. Птичкин был выдворен из ванны, из квартиры и из ситуации.

То есть - приведен в чувство, упакован, усажен в такси…

И тут, как во Вьетнаме у Фореста Гампа, внезапно пошел дождь. Он становился все сильнее и сильнее. И тут ничего уже нельзя было поделать. Мне хотелось домой, но дома не было горячей воды. Мне хотелось принять душ, а у Сени был газовый водонагреватель…

Сеня вручил мне огромный пестрый халат и полотенце. После душа я почувствовала себя воскресшей, по-детски счастливой и спокойной. Все еще надеялась уехать домой, но дождь стал потопом, словно дом был окружен водяными стенами и темнотой. Трудно было поверить, что полчаса назад отсюда могло отъехать такси, куда-то на вокзал. Какой вокзал, какой город! Был только ливень и гром.

По ящику начался фильм по роману Воннегута: «Прощай, черный понедельник!». И мы смотрели, потом выключили свет, Сеня накрыл меня пледом…

Мы смотрели серьезный фильм с серьезными лицами.
Мне было очень интересно, как режиссер справится с текстом… И я боялась, что Сене скучно, и он может переключить канал. Но и Сеня смотрел кино с явным интересом.

-Ты в халате? – возмутился он и обнял меня.

Мне хотелось спросить саму себя, что я делаю, и тут же хотелось сказать, что я хочу этого, пусть ежеминутно, сейчас, единожды. Почему бы и нет… Под удивительный ливень, под все эти капли дождя, под текст Воннегута с экрана.

А на экране герой, его играл Брюс Уиллис, позвал секретаршу в мотель.

…Все кончилось слишком быстро, прежде, чем я могла успеть что-то сказать.

Что я почувствовала? Тоску и одиночество. Прекрасен был только дождь за окном. Такой Doors-овский дождь…

-Как у Моррисона, да? – спросила я.
-Что? – не понял он.
-Не важно, - покачала я головой и отвернулась к окну.

А наутро наступило лето! Лето во всей своей июньской красе.
Я проснулась часов в 6 утра и долго лежала, не решаясь признаться самой себе, где я провела эту ночь.

-Разрешаю тебе опоздать сегодня, - сообщил мне в спину Сеня.
-Увы, у меня ключ от офиса…

И когда я выходила из «их спальни», стены которой видели так много сантиметров моей кожи, я почувствовала вдруг, что он меня обнимает, вроде бы шутя, не всерьез. Но я схватила его руки, и остановила их, и он уступил… слишком поспешно и охотно.

-Вот значит ты какая, Марина!

Я тут же дернулась назад:
-Я … я… что-то важное забыла!

-Да я тебе привезу в офис!
-Нет, не то! Где у вас чистое белье?
-На фига тебе белье? – не понял Сеня.

-Перестелить постель, - сказала я.
-Расслабься, - посоветовал Сеня.
-Тогда сам перестели, - посоветовала я, - Не забудь!
-Зачем? – с вызовом спросил Сеня.

И мы очень долго смотрели друг другу прямо в глаза.

-Тебе нужен повод для развода или для ссоры?
-Не будет ни того, ни другого, - отмахнулся Сеня, - Потому что надо сидеть дома! А не бросать мужа! – зло добавил он, превращаясь в Шефа.
-У меня нет мужа…
-А я не о тебе. Ты – свободная птица! Можешь порхать с цветка на цветок!

И в это же мгновение меня осенило:

-Так ты нынче ночью, оказывается, жену наказывал на этой койке!
-Да! Представьте себе!
-Не получается такое представить!
-Она прекрасно это знала! – кричал Сеня и размахивал руками, - Знала! Шаг в сторону – считается побег. Я ее не отпускал, она сама поехала. И во всем этом… - Сеня показал рукой на меня, - виновата она!

-Охренеть, борец за нравственность!
-Какой есть! А все бабы!... – Сеня говорил что-то снова и снова, еще и еще, он размахивал руками. Словно пытался засеять невидимыми спорами залитую солнцем комнату.

И тут стало мне снова скучно, сытой скукой скучно, ибо все это я уже слышала не далее, как вчера.

Я повернулась на сто восемьдесят градусов и пошла на выход.

-Первым же делом отправь факс Федоткину! – распорядился Шеф за моей спиной и скрылся в ванной.

Я остановилась у входной двери и целую минуту изучала свои «гриндерсы».
Мне хотелось уйти как можно скорее, и при этом была мучительна мысль о необходимости зашнуровывать ботинки здесь и сейчас.

-Черт! – сказала я ботинкам, - Черт! – добавила я своему отражению в зеркале.

И тут зазвонил телефон. Он стоял прямо передо мной на тумбочке, накрытый моей курткой.

-Черт… - прошептала я, осознав, что это может звонить Светлана, а я едва не схватила трубку.

Телефон все звонил, но Шеф его не слышал. Сработал автоответчик.

-Добрый день! – ласково сказал женский голос, - Вас беспокоит секретарь компании «ХХХХХХ»! Меня зовут Елена!

Я замерла на своем месте, прижимая башмак к груди и боясь проронить хотя бы звук.

-Стою и лобзаю замок! – сообщила секретарша задумчиво, - Маринка пропала без вести, тебя нет. Ну, ладно! Прасти-прасти-прасти-прасти! Да, я вчера сбежала, но у нас же еще целых три дня! Мы еще наверстаем, я те обещаю! Сень, ну, не молчи, а? Я прекрасно знаю, что ты сидишь у телефона, да еще и пишешь все это. Ладно, я тебя ц.


From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

serebryakovaa: (Default)
serebryakovaa

Most Popular Tags

August 2013

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
181920212223 24
25262728293031

Style Credit