serebryakovaa: (Default)
***
Тебе мой гордый стих! Коль с именем моим
К брегам иных эпох, к благословенным склонам
Он счастливо дойдет, гонимый Аквилоном,
На белых парусах, как чудный серафим!

Потомкам о тебе напомнит мерный ритм,
Унылый, как тамтам. Ты, жившая когда-то,
В читательских умах останешься распята,
Повиснув на цепях моих волшебных рифм.

Проклятая, пойми, что в этом мире пошлом
Никто и никогда, ни в будущем, ни в прошлом
Тебя бы не вознес над смертною толпой!

Бронзоволикий бог, немое изваянье,
Сей мир поправшее бесплотною стопой,
В агатах глаз твоих победное сиянье!
serebryakovaa: (Default)
Мать воспоминаний, нежная из нежных,
О тебе все мысли, о тебе мечты,
Сколько провели мы вместе безмятежных
Вечеров сердечных, помнишь, я и ты?
Мать воспоминаний, нежная из нежных.

Розовели угли, меркнули огни.
Вечер на балконе. Сколько вожделенных
Унеслось мгновений! Где теперь они?
Мы тогда сказали столько слов нетленных!
Догорали угли, меркнули огни.

Как прекрасен вечер в сумраке закатов,
Как бездонно небо. Как сильна любовь!
Над тобой склоняясь, ангел ароматов,
Я вдыхал, казалось, с ними твою кровь.
Как прозрачен вечер в сумраке закатов.

Я искал во мраке твой спокойный взгляд.
Два зрачка огромных в темноте кромешной.
Пил твое дыханье! О восторг! О яд!
Обнимал колени с нежностью безгрешной.
Я искал во мраке твой спокойный взгляд.

Я легко сумел бы воскресить былое,
Каждый миг счастливый воссоздать бы мог,
Идол незабвенный, существо родное,
Я провел бы вечность вновь у твоих ног.
Я легко сумел бы воскресить былое.

Только если время мчится все быстрей,
Возвратит ли бездна то, что поглотила,
Возведется ль снова из глубин морей
Утренней зарею ясное светило,
Даже если время мчится все быстрей?

Комментарий переводчика Вадима Алексеева:
Во французском языке обращение, начинающееся со слова MERE («Мать»), скорее всего, будет молитвой к Богоматери. В интонацию молитвы окрашено все стихотворение. Однако французы лишь в исключительных случаях допускают употребление оборота MERE de DIEU («Матерь Божья»), так как он паронимически ассоциируется со словом MERDE (гр. – “испражнение»). Бодлер намеренно употребляет в начале стихотворения именно этот оборот, соединяя низменное и возвышенное, ненависть и любовь.
serebryakovaa: (Default)
[livejournal.com profile] je_veux_voir журналу и человеку


Ангел, славящий жизнь, вам знакомы страданья?
Скорбь, отчаянье, страх, если стиснув виски,
Проклинаешь весь мир от бессильной тоски?
А гримасы стыда, а ночные рыданья?
Ангел, славящий жизнь, вам знакомы страданья?

Ангел братской любви, вы взывали к отмщенью?
Если, сжав кулаки от жестоких обид,
Человек небесам равнодушным грозит,
Отвергая того, кто призвал к всепрощенью?
Ангел братской любви, вы взывали к отмщенью?

Ангел добрых надежд, вы бывали в больницах,
Где свирепствует смерть? Вас бросало в озноб
От испуга, когда света жадного сноп
Восковой желтизной застывает на лицах?
Ангел добрых надежд, вы бывали в больницах?

Ангел вечной весны, вас пугали морщины?
Если старость пришлет эту черную весть,
Вам достанет ли сил, чтоб однажды прочесть
В ненаглядных глазах состраданье мужчины?
Ангел вечной весны, вас пугали морщины?

Ангел всех совершенств, целомудренный гений,
Царь Давид захотел. Прежде чем умереть,
Рядом с телом твоим свои мощи согреть,
Я же, грешный, прошу только кротких молений!
Ангел, славящий жизнь, да светится твой гений!

Перевод Вадима Алексеева
serebryakovaa: (Default)
Дитя, сестра моя!
Уедем в те края,
Где мы с тобой не разлучаться сможем,
Где для любви века,
Где даже смерть легка,
В краю желанном, на тебя похожем.

И Солнца нежный луч
Среди ненастных туч
Усталого ума легко коснется
Твоих прекрасных глаз
Таинственный приказ
В соленой пелене два черных солнца

И мы войдем в большой и светлый дом,
Где временем уют отполирован,
Где аромат цветов изыскан и медов
Где сладкой амброй воздух околдован,
За тонким льдом стекла прозрачны зеркала,
Воздушный блеск играет каждой гранью
Все говорит в тиши на языке души,
Единственном, достойном пониманья.

В каналах корабли
В дремотный дрейф легли
Бродячий флаг их голубого цвета
Сюда прислал их бриз
Исполнить твой каприз
Они пришли с другого края света

А солнечный закат
Соткал полям наряд,
Одел каналы, улицы и зданья,
И блеском золотым весь город одержим
В неистовом предсумрачном сиянии.

Дитя, сестра моя!
Уедем в те края,
Где мы с тобой не разлучаться сможем,
Где для любви века,
Где даже смерть легка,
В краю желанном, на тебя похожем.

P.S.: Этот вариант перевода Бодлера хоть и не точный, но, на мой взгляд, ярче, сочнее.

Мне посчастливилось познакомиться с этим стихотворением в раннем детстве благодаря пластинке Давида Тухманова «По волне моей памяти».
Это не просто песни, это гениальная рок-сюита на стихи поэтов разных эпох: М.Волошина, Сафо, Бодлера, Шелли, Гильена, Верлена, Гете, Ахматовой, Мицкевича.
Любой из вас хотя бы раз слышал «Песенку студента» с этой пластинки: «До чего тоскую я, не сказать словами…»
Если Вы еще не слышали этот альбом, советую Вам его обязательно купить – эта музыка на века.
serebryakovaa: (Default)
Голубка моя,
Умчимся в края,
Где все, как и ты, совершенство,
И будем мы там
Делить пополам
И жизнь, и любовь, и блаженство.
Из влажных завес
Туманных небес
Там солнце задумчиво блещет,
Как эти глаза,
Где жемчуг-слеза,
Слеза упоенья трепещет.
Это мир таинственной мечты,
Неги, ласк, любви и красоты.
Вся мебель кругом
В покое твоем
От времени ярко лоснится.
Дыханье цветов
Заморских садов
И веянье амбры струится.
Богат и высок
Лепной потолок,
И там зеркала так глубоки;
И сказочный вид
Душе говорит
О дальнем, о чудном Востоке.
Это мир таинственной мечты,
Неги, ласк, любви и красоты.
Взгляни на канал,
Где флот задремал:
Туда, как залетная стая,
Свой груз корабли
От края земли
Несут для тебя, дорогая.
Дома и залив
Вечерний отлив
Одел гиацинтами пышно.
И теплой волной,
Как дождь золотой,
Лучи он роняет неслышно.
Это мир таинственной мечты,
Неги, ласк, любви и красоты.
Перевод Д. Мережковского
serebryakovaa: (Default)
О, сестра, давай
Умчимся в тот край,
Где бесконечно блаженство,
Край волшебных грез,
Где не будет слез,
Где все, как ты, совершенство!
Солнца влажный блеск
И каналов плеск,
И черный плен глаз коварных
Оплели мой ум
Обаяньем дум,
Таинственных и лучезарных!

Край, где царит чистота,
Мир, свет и красота!

Там пышный покров
Из пестрых ковров
Наши украсит покои,
Там всюду цветы
Неземной красоты
Расставлены нежной рукою,
Там роскошный зал,
Глубина зеркал,
Прелесть, лоск и сиянье,
Там в светлой тиши
Все тайны души
В едином пребудут слиянье!

Там, где царит чистота,
Мир, свет и красота!

Хочешь – корабли,
Что в гавань зашли
Из дальних стран, - без промедленья
Выполнят сейчас
Любой твой приказ
И ждут твоего повеленья!

А вокруг закат,
Золотой каскад,
Весь в гиацинтовых отсветах,
Город затопил,
Который застыл
В глазах твоих, счастьем согретых,

Там, где царит чистота,
Мир, свет и красота!

Шарль Бодлер
Перевод Вадима Алексеева
Комментарий переводчика: В ритмических рядах оригинала закодировано числовое отношение, основанное на пропорции «золотое сечение»: 5:8:13:21.
В оригинале ритмическое варьирование осуществляется за счет выпадения в четырнадцатом и двадцать первом стихах немого «Е», что укорачивает их на один слог. В своем переводе я постарался воссоздать именно ритмическое своеобразие этого стихотворения.
serebryakovaa: (Default)
Опять твой путь тернист и крут,
Сизиф! И пытка бесконечна,
Лишь с ней сравним мой тяжкий труд.
Жизнь коротка, Искусство – вечно.

Поэта сердце, что стучит,
Гремя, как барабан дырявый,
К погосту проклятому мчит
Прочь от гробниц, увитых славой.

Не счесть сокровищ под землей,
Они лежат, объяты мглой,
Их землекопы не отроют.

Опять цветы на склонах гор,
Ничей не вдохновляя взор,
Бутоны нежные раскроют.

Комментарий переводчика Вадима Алексеева http://tanatocronos.livejournal.com:
Попав в Аид, коринфский царь Сизиф упросил Плутона отпустить его назад к людям, чтобы навестить жену, не воздавшую умершему посмертные почести. Но Сизиф не сдержал слова и не возвратился в царство мертвых, за что, после того как он прожил вторую жизнь и снова попал в Аид, Плутон наказал обманщика вечным тяжким и безрадостным трудом: едва Сизиф вкатывал на вершину скалы огромный камень, как глыба скатывалась к подножию – и все повторялось сначала.
Тема скалы и отколовшегося от нее камня, звучащая в сонете, имеет параллели в библейской мифологии. Когда Моисей вел свой народ через пустыню, кончилась вода. Общество, возроптав, стало укорять предводителя за то, что он увел соплеменников из Египта. И тогда Моисей услышал глас Господен, чтобы он попросил скалу и скала даст из себя воду. Пророк ударил жезлом в скалу – и потекло много воды, и все напились (Чсл 20:2). Камень, который откололся при этом от скалы, в христианстве символизирует Иисуса Христа и Новый завет. Так, в «Литургическом богословии» поется:
«Камень нерукосечный от несекомыя горы, Тебе, Дево, краеугольный отсечеся, Христос, совокупивый расстоящаяся естества, тем, веселяся, Тя, Богородицу, величаем» (Октоих, Канон, 4 глас, 9 песнь).

Миф о Сизифе в контексте мифа о Моисее приобретает неожиданный символический смысл: камень, который Сизиф вкатывает на вершину скалы, из символа веры превращается в орудие пытки.
Сравнивая творческий акт с сизифовым трудом, Бодлер как бы полагает, что всякое произведение искусства заведомо несовершенно. В этом смысле несовершенно и само стихотворение «Неудача». Однако явные изъяны – композиционная невыстроенность, алогичность образных переходов – как раз подтверждает концептуальный смысл сонета: если эти «изъяны» допущены поэтом намеренно, то является ли «Неудача» неудачей?

Кстати, Брюсов назвал этот сонет «самым заносчивым» стихотворением Бодлера.
serebryakovaa: (Default)
Моя юность прошла, словно буря над садом!
В блеске призрачных солнц этот бешенный шквал
Сразу весь урожай погубил своим градом
И с деревьев листву, искромсав, посрывал.

Вот и буре конец. Только я уже вряд ли
Соберу в том саду золотые плоды,
Надо землю ровнять, брать лопату и грабли,
Но воздаст ли Господь за благие труды?

И найдут ли – как знать? – новых мыслей растенья
Нежный сок, что весной возбудит их цветенье
В почве, вымытой словно песок у реки?

Время точит наш дух и мы стонем от боли,
А невидимый Враг, всем мольбам вопреки,
Жрет и жрет нашу плоть, свирепея все боле.
serebryakovaa: (Default)
Там, внизу – облака, там, внизу – города,
Горы, реки, озера – плывут как во сне.
Здесь – сияющий диск в фиолетовой тьме,
Здесь в эфире, летит за звездою звезда!

Мой рассудок, ты мечешься, как на костре,
То как смелый пловец – тебе все нипочем! –
Ты ныряешь во мрак, раздвигая плечом
Глубину бытия в сладострастной игре!

Унеси меня прочь! Эта жизнь – как миазм,
Дай отмыться от дрязг в просветленной струе,
Дай глотнуть леденящее грудь питие,
Голубой эликсир, рвущий горло от спазм!

Позади суета ежедневных сует
Волочится за жизнью чугунным ядром,
Счастлив тот, кто рванулся упругим крылом
И вознесся к полям, излучающим свет!

Тот, чьи мысли легко, словно стаи стрижей,
К небесам направляют свободный полет,
Кто как бог, воспарив, вдохновенно прочтет
Откровенья цветов и безмолвных вещей!
serebryakovaa: (Default)
Природа – древний храм, где строй живых колонн
Обрывки смутных фраз роняет временами,
Мы входим в этот храм в смятенье, а за нами
Лес символов немых следит со всех сторон.

Как эха длинный вопль, блуждающий по кругу
В бездонной пустоте среди безмолвных гор,
Сливается с другим, так, словно зыбкий хор,
В нас запах, звук и цвет ответствуют друг другу.

Есть запах чистоты. Он пахнет, как дитя.
И зелен, как трава, и тих, как зов гобоя:
Но много есть иных, развратных, что шутя

Способны расколоть сознание любое!
Так ладан и скандал, так мускус и бензой
Влекут лавины чувств и мыслей за собой.
serebryakovaa: (Default)
Я долго жил в дворцах, исполненных дремоты,
Где бликов золотых слепящие рои
Меж мощных колоннад сверкали в забытьи
И в сумерках цвели базальтовые гроты.

И волны, преломив хрустальные струи,
Торжественно влекли падения и взлеты,
Сплавляя в зыбкой мгле таинственные ноты
С закатом, чьи огни зажгли зрачки мои.

О да, я долго жил роскошно и устало
Среди спокойных грез и медленных услад,
И голые рабы, ища мой скорбный взгляд,

Мне освежали лоб, качая опахала,
Стараясь с каждым днем все глубже проникать
В мучительный секрет, мне данный, чтоб страдать.

Profile

serebryakovaa: (Default)
serebryakovaa

Most Popular Tags

August 2013

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
181920212223 24
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Style Credit